МЧС выселяет семью своего подполковника из дома, где её прописало государство
Евгения Чуенко должна была освободить служебную квартиру в Новокузнецке в тот день, когда родила вторую дочь. МЧС выселяет вдову своего подполковника из дома, где её прописало государство, а закон о гарантиях семьям сотрудников, который помог ей получить компенсацию за санаторий, с жильём не помогает.
16 октября 2026 года Евгения Чуенко должна была освободить однокомнатную квартиру на улице Кубинской, 23Б в новокузнецких Листвягах. В этот день она родила вторую дочь, на 36-й неделе. Пока мать с новорождённой лежали в роддоме, 22 октября семью сняли с регистрации. Об этом Евгения узнала, когда пришла поставить ребёнку отметку о гражданстве.
В этой квартире семья прожила почти 18 лет. Её получил в 2008 году муж Евгении, пожарный Фёдор Чуенко. Трёхэтажку когда-то пристроили к пожарному депо, чтобы расчёты быстрее выезжали по тревоге, сейчас здесь 9-я пожарно-спасательная часть. Кроме Чуенко, в доме жили ещё несколько семей ветеранов пожарной охраны, кто-то по 40 лет. В 2025 году им сообщили, что живут они в нежилом здании, а потом Главное управление МЧС по Кузбассу подало на них в суд.
Техпаспорт 1982 года

Здание строила не пожарная охрана. Оно принадлежало шахте «Бунгурская» и перешло спасателям в 1995 году. В техническом паспорте от 19 октября 1982 года в этом административном здании отмечены жилые помещения. Так говорится в ответе прокуратуры Кузбасса.
В 2011 году территориальное управление Росимущества передало здание 11-му отряду федеральной противопожарной службы в оперативное управление. В свидетельстве о регистрации права от 11 апреля 2011 года его назначение записано одним словом, «нежилое». На этой записи держится вся позиция МЧС.
Начальник главного управления Роман Бобровников объясняет, что здание числится в реестре федерального имущества как административное и никогда не было ни жилым, ни муниципальным. Многолетняя переписка с местной властью о переводе помещений в жилые, по его словам, ничего не дала. Ведомство начало «работу по истребованию нежилых помещений из незаконного владения граждан».
«Мы будем исполнять судебные решения», — ответил Бобровников.
Только прописаться по месту жительства в нежилом помещении нельзя. Закон связывает место жительства с жилым помещением, и Конституционный суд в феврале 2026 года, разрешив временную регистрацию в апартаментах, постоянную там оставил под запретом. Евгению и её старшую дочь зарегистрировали на Кубинской уже после 11 апреля 2011 года, когда здание официально стало нежилым.
Миграционная служба в ответах 2024, 2025 и 2026 годов объясняла, что здание считалось жилым, раз в нём прописывали людей. Выходит, одно ведомство годами прописывало людей туда, где по документам другого жить было нельзя. Жильцы тем временем сами меняли батареи и стояки, а когда стены начали промерзать, обшили фасад сайдингом. В феврале 2024 года ураган сорвал крышу. Ремонт сделали только после проверки, и тогда же жильцы узнали, что дом у них нежилой.
Подполковник внутренней службы

Фёдор Викторович Чуенко пришёл в пожарную охрану в начале 1980-х и занимался газодымозащитной службой. Газодымозащитники — пожарные, которые идут в задымлённое здание в дыхательных аппаратах. По его инициативе в Кузбассе появилась теплодымокамера, где пожарных учат работать в условиях, близких к настоящему пожару. У него были медали МЧС «За отличие в службе» трёх степеней.
Квартиру на Кубинской ему выделили как нуждающемуся в жилье. В ноябре 2011 года Фёдор умер, ему было 46 лет. Дочери тогда было около 2 месяцев.
Точнее всего его службу описывает апелляционное определение Кемеровского областного суда от 25 июня 2020 года. Суд установил, что на момент смерти Фёдор Чуенко был подполковником внутренней службы, заместителем начальника службы пожаротушения и начальником дежурной смены 11-го отряда ФПС. Причина смерти — острая коронарная недостаточность.
Санаторий «Сокол»
Это определение появилось из-за спора о дороге в санаторий. Евгения с дочерью лечились в санатории «Сокол» МВД России и потратили на авиабилеты туда и обратно 50 602 рубля. Главное управление МЧС компенсировать их отказалось. Центральный районный суд Кемерово 18 марта 2020 года деньги взыскал, и МЧС подало апелляцию.
Что семья Чуенко подпадает под закон о гарантиях сотрудникам, ведомство в апелляции не спорило. Оно доказывало, что его собственный приказ до 23 марта 2019 года такой компенсации семьям умерших сотрудников не предусматривал, а поездка была в 2017-м. Суд сослался на статью 11 федерального закона № 283-ФЗ о социальных гарантиях сотрудникам. Она даёт льготы семьям сотрудников, умерших от болезни, полученной в период службы.
«Несвоевременное принятие органом исполнительной власти соответствующего нормативно-правового акта во исполнение Федерального закона не должно препятствовать членам семьи погибшего (умершего) сотрудника в реализации права по получению меры социальной поддержки, гарантированной им названным Законом», — записала судебная коллегия.
Суд отдельно отметил, что закон вступил в силу 1 января 2013 года, и всё равно применил его к семье сотрудника, умершего в 2011-м. Срока у этой статьи нет. МЧС апелляцию проиграло.
Квартира

Жильё в том же законе устроено иначе. Часть 4 статьи 4 даёт семье сотрудника, умершего от увечья или болезни, полученных на службе, единовременную выплату на покупку жилья, но «не позднее одного года со дня гибели (смерти)». Фёдор умер в ноябре 2011-го, и этот год истёк раньше, чем закон вступил в силу.
Для таких случаев в законе есть мостик. Часть 11 статьи 19 распространяет право на квартиру в собственность на семьи сотрудников, погибших с 1 марта 2005 по 31 декабря 2012 года. Но только тех, кто погиб от увечья на службе. Болезни, полученной в период службы, в этой норме нет, и смерть Фёдора Чуенко под неё не попадает.
Отсюда и ответ прокуратуры. Выплата не положена, потому что закон вступил в силу в 2013 году, а Фёдор умер в 2011-м. Ещё прокуратура указала, что на учёте нуждающихся он не состоял, а у вдовы и дочери нет самостоятельного права пользоваться помещением, значит, нет и препятствий для выселения. При этом у Евгении на руках письмо МЧС, где сказано, что закон на её семью распространяется, но с ним расходятся внутренние правила выплат. По этим правилам вставать на учёт должен был сам пожарный, а не его семья.
От выплаты зависит и защита от выселения. Часть 5 статьи 8 того же закона запрещает выселять семью умершего сотрудника из служебного жилья до получения другого, причём «независимо от того, состоят они на учете» нуждающихся. Но только если у семьи есть право на ту самую выплату.
Остаётся Жилищный кодекс. Статья 103 не позволяет выселять семью умершего работника из служебного жилья без другого, но здесь условие обратное, семья должна стоять на учёте нуждающихся. Евгения на нём не стоит. Незадолго до срока выселения ей позвонили из мэрии и спросили, не изменилась ли её категория, чтобы встать на учёт.
«Оснований для предоставления жилья Чуенко Е. А. у Главного управления нет», — ответил Бобровников на запрос АиФ.
«Без предупреждения»

Иск МЧС к Евгении и миграционному отделу Куйбышевский районный суд рассмотрел по делу 2-81/2026. Третьими лицами в нём участвовали мэрия, Росимущество и управление опеки. Суд встал на сторону МЧС, областной суд 23 апреля 2026 года оставил решение в силе. В иске говорилось, что «незаконное пользование… нежилым помещением препятствует деятельности пожарного депо и возлагает на истца необоснованные расходы по его содержанию».
Евгения просила отсрочку через аппарат уполномоченного по правам ребёнка при президенте, отдел приставов отказал. С той же просьбой она обращалась в мэрию и городской следственный отдел и оба раза услышала, что сделать ничего нельзя. Следственный комитет при этом ведёт дело о халатности, где Евгения, её дочь и соседи признаны потерпевшими, а председатель СК Александр Бастрыкин затребовал доклад о расследовании.
«Приставы пояснили, что выселять нас принудительно они права не имеют, мы должны освободить помещения сами, а иначе придется заплатить штраф», — рассказывала Евгения «Российской газете».
Срок наступил 16 октября, в день преждевременных родов. 22 октября мать и детей сняли с регистрации. Недоношенной девочке нужна дополнительная помощь, и врачи советовали быстрее встать на учёт в поликлинике по месту жительства. Прикрепить её через госуслуги Евгения не смогла, а прописать новорождённую ей теперь некуда.
«Не было ни информации, ни предупреждения, ничего», — сказала Евгения о снятии с регистрации.
Номер 259 в очереди

Из всех жильцов суд оставил в доме одного человека. Леониду Быкову 74 года, у него вторая группа инвалидности, его признали малоимущим, и он единственный, кого администрация Куйбышевского района включила в очередь на жильё. Под номером 259. Быков говорит, что в других городах такое жильё приватизировали или заключали с жильцами договоры найма, и его руководству надо было пойти этим путём лет 10 назад.
Остальным суд дал 2 месяца. Андрей Арменинов, бывший командир пожарного расчёта с первой группой инвалидности, готовился к переезду между сеансами диализа. Елена Валова, вдова прапорщика с третьей группой, между визитами к онкологу. Её дело областной суд рассмотрел 28 апреля 2026 года и тоже оставил решение в силе. Ещё одно такое же дело, против 4 человек, апелляция закрыла 25 августа.
Бывший командир отделения Алексей Дешевых прослужил 25 лет, его семья стояла в очереди на жильё с 1990-х. Списки очередников с тех пор исчезли вместе с домовой книгой. Пока шли суды, в подъездах «в целях пожарной безопасности» отключили свет, со стен сорвали панели, которые ставили сами жильцы, а въезд на территорию части на своих машинах им ограничили. Льготы на коммунальные услуги жильцы получить не могут, потому что дом нежилой.
Апелляция и кассация решение о выселении оставили в силе. Евгения собирается в Верховный суд, других дверей у неё не осталось. Закон о гарантиях пожарным семью не защищает, потому что Фёдор умер слишком рано и от болезни, а не от травмы. Жилищный кодекс не защищает, потому что вдова не стоит на учёте. А дом, где государство её прописало, по документам того же государства жильём не был никогда.
С 2012 года МЧС проводит областные соревнования газодымозащитников «Кубок памяти Ф. В. Чуенко». И то же МЧС выгоняет его вдову с двумя дочерьми на улицу.
Если эта история касается вас, напишите в редакцию. Обращения рассматриваются конфиденциально.
Написать в редакцию