Учебный год в Кемеровской области идёт третью неделю, и поневоле задумываешься над вопросом о причинах рекордного сокращения числа первоклассников в Кузбассе…
Динамика сокращения числа первоклассников такова, что даже официальные СМИ вынуждены обратить на неё внимание: 1 сентября 2026 года в первые классы пошли около 24 тысяч детей. А 5 лет назад в регионе их было 33,9 тысячи. И ведь падение идёт без единого разворота: 31,3 тысячи в 2022 году, 31,3 в 2023-м, 27,8 в 2024-м, 25,7 в 2025-м. Любому простаку понятно, что перспектива в Кемеровской области вырисовывается мрачная, если не сказать драматическая…
Куда же пропадают дети Кузбасса? А оказывается, они просто не рождаются. По данным Министерства образования Кузбасса, в 2026/2027 учебном году общее количество школьников в регионе составило 296 тысяч человек. Это на 26,8 тысячи детей меньше, чем в 2022 году.
Одной графой «сокращение сети»
Кроме снижения рождаемости (в 2013 году в области родились 37 245 детей, в 2024-м — 17 279, падение в 2,16 раза за 11 лет) к причинам опустения классов и сокращения количества дошкольных групп и детских садов можно причислить активный миграционный отток трудоспособных жителей.
Про сады стоит сказать отдельно: за один прошлый год их сеть сократилась на 64 учреждения, с 815 до 751. Полностью ликвидированы 22, из них 5 — из-за аварийности зданий, 11 — из-за того, что не набралось воспитанников, а про остальные 6 причина нигде не названа. Ещё около 40 садов присоединили к соседним: они работают дальше, но уже как филиалы, без своего заведующего и без своего бюджета. В отчёте и то и другое проходит одной графой «сокращение сети».
Своеобразие демографических процессов в Кемеровской области заключается в том, что общероссийские тенденции (старение населения, снижение рождаемости) здесь накладываются на жесткую специфику старопромышленного, моноугольного региона.
Каждый третий в регионе
По числу моногородов Кузбасс держит первое место в стране: их 24, и живёт в них около 1,6 миллиона человек, то есть примерно 63% населения области. 12 из этих городов угольные, в них 819 тысяч жителей — каждый третий в регионе. Закрытие или модернизация угольных предприятий ведут к ликвидации сопутствующей социальной инфраструктуры (детские сады, секции, досуг). И сокращение школьной сети идёт именно там: к 1 сентября 2026 года объединили 9 школ и 1 закрыли, и все они в малых территориях — Гурьевский, Тисульский, Яшкинский, Чебулинский округа.
Безработица или низкий уровень доходов в нестабильных моногородах заставляют молодые семьи откладывать рождение детей или вовсе отказываться от них. Перепись 2020 года показала, что среди женщин 45–49 лет, то есть уже закончивших рожать, ни одного ребёнка не родили 10,7% против 9,8% по стране; разрыв невелик, но повторяется во всех возрастных группах. Монопрофильность экономики ограничивает выбор профессий. Всё вместе приводит к социальной маргинализации.
Синдром экологического пессимизма
Интенсивная открытая добыча угля и металлургия создают колоссальную нагрузку на окружающую среду региона. Загрязнение воздуха прямо измеряется: в Новокузнецке среднегодовая концентрация бенз(а)пирена в 2025 году доходила до 5,3 предельно допустимой, в отдельные месяцы до 15,4, уровень загрязнения официально называется «очень высоким». И хотя онкологическая заболеваемость в области не выше среднероссийской, умирают от рака здесь заметно чаще: 219 случаев на 100 тысяч против 179 по стране, 12-е место среди 85 регионов. Как следствие в местном социуме сформировался устойчивый синдром «экологического пессимизма».
Тяжелые и опасные условия труда в шахтах и на разрезах, повышенный уровень заболеваемости туберкулезом и ВИЧ-инфекцией, а также алкоголизация ведут к высокой мужской смертности в трудоспособном возрасте. Цифры тут такие: по распространённости ВИЧ Кузбасс первый в России — 2 051 инфицированный на 100 тысяч жителей против 817 в среднем по стране, а среди беременных ВИЧ-положительны 2,3%. Туберкулёзом болеют 56 человек на 100 тысяч при среднероссийских 26,9. Мужчина в Кузбассе живёт в среднем 64,3 года против 68,1 по стране, и разрыв с женщинами здесь 12 лет вместо общероссийских 10,8. Только на производстве за 2024 год погибли 30 человек, за 2023-й — 38, а в 2021-м, когда взорвалась «Листвяжная», — 92. Всё это, надо полагать, разрушает брачные союзы и формирует высокий процент одиноких женщин.
Нужно бежать
Если внешние условия давят, а признаков исправления создавшегося положения не наблюдается, то… Нужно бежать! Искать место, где тебя примут и предложат нормальную программу работы и приемлемый перечень бытовых удобств.
Вот в Кемеровской области и наблюдается миграционный отток, вносящий свои коррективы в развитие кузбасского демографического кризиса. В обмене с другими регионами России область теряет каждый год: 9 663 человека в 2021 году, 5 526 в 2023-м, 4 780 в 2024-м. Итоговая цифра при этом выглядит благополучно — в 2024 году всего минус 368, — потому что уехавших замещают приехавшие из-за рубежа. Кузбасские выпускники уезжают учиться и жить в Новосибирск, Томск, Санкт-Петербург и Москву, а оставшееся население стареет быстрее, чем в среднем по стране.
Численности на 2026 год не существует
Кто именно уезжает, официально сказать уже нельзя. Весной 2025 года Росстат перестал публиковать помесячные данные о рождениях, смертях, браках и миграции по регионам: последний выпуск, где Кузбасс шёл отдельной строкой, вышел за январь и февраль 2025 года. Возрастной состав уезжающих по области не обновляется с 2024-го. Кемеровостат на прямой запрос ответил так: «В отношении информации о демографической ситуации Правительством РФ принято решение о временном приостановлении её предоставления и распространения». Численности населения Кемеровской области на 1 января 2026 года попросту не существует. Последняя опубликованная — 2 527 219 человек на начало 2025-го, на 20 465 меньше, чем годом раньше.
Специфика Кузбасса — это демографический тупик индустриального края, где нежелание заводить семьи продиктовано экологической тревогой, отсутствием разнообразия жизненных путей для молодежи и высокими рисками для здоровья. То есть, виноваты не люди, отказавшиеся заводить детей, а условия, в которых им предлагают этих детей растить и воспитывать. Согласитесь, если у молодой женщины перспектива — выйти замуж за человека, который не доживёт до 65, родить ребёнка в городе с «очень высоким» загрязнением воздуха, жить в страхе потерять мужа из-за производственной аварии или профессиональной болезни, бороться с социальными тяготами, плохой медициной и бытовой неустроенностью, то кому в таком «комфорте» захочется жить в кузбасском моногородке и растить детей без всяких перспектив на улучшение? По-моему, вопрос риторический.
И последнее. Первый класс 2031 года уже родился: в 2024 году в области появились на свет 17 279 детей. Школы, которые объединили этим летом, к тому времени придётся объединять снова.
